В Ярославской области, там, где природа будто специально учится быть тихой, стоит Мологский Покровский женский монастырь. Здесь время течёт иначе: без суеты, без спешки, в ритме колокольного звона и дыхания леса.

Настоятельница монастыря, матушка Клавдия (Анисимова), бережно ведёт обитель по пути молитвы и труда. В её распоряжениях – не громкие слова, а дела: следить за порядком, поддерживать устав, помогать тем, кто пришёл за утешением. Под её руководством сёстры живут в ритме послушаний, где каждое действие – часть общего, тихого служения.

Сейчас монастырский сад готовится к зиме. Деревья побелены – эта простая, но важная забота защищает кору от резких перепадов температур и солнечных ожогов. Стволы укрыты от зайцев: в этих краях зимой зверьки подходят близко к стенам обители, и сёстры заранее ставят защиту, чтобы сохранить молодые посадки. В саду уже нет летней суеты: опавшая листва убрана, многолетники укрыты. Всё сделано спокойно, без лишней спешки – так, как умеют делать там, где труд соединён с молитвой.

Природа вокруг монастыря будто подчёркивает эту тишину. Поля и леса Ярославской области в преддверии зимы становятся особенно строгими и чистыми. Здесь легко почувствовать ту самую непорочность, о которой говорят не как о морали, а как о состоянии мира: когда воздух прозрачен, горизонт далёк, а каждый звук – редкий и отчётливый.

На днях в обители простились с сестрой Глафирой. Её уход отозвался в сердцах сестёр тихой, светлой скорбью. Скорбят не о том, что жизнь кончилась, а о том, что стало чуть тише в кельях и на послушаниях, где её руки всегда находили дело, а голос – доброе слово. В монастыре скорбь – не крик, а молитва: долгие службы, записки о упокоении, тихий плач, который не мешает слышать тишину.

И всё же в этой тишине есть покой. Сад укрыт, стены стоят, молитвы звучат. И в этом –  свой, особенный порядок, где каждая забота и каждая слеза имеют своё место.

раб Божий Александр.